?

Log in

Кфар Ильинка - не могу молчать [entries|archive|friends|userinfo]
Шели Шрайман

[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ archive | journal archive ]

Кфар Ильинка [Jan. 28th, 2005|10:55 pm]
Шели Шрайман
[Current Mood |guiltyguilty]



...Когда-то они жили в рубленых избах в Воронежской губернии. Теперь - в восьмиэтажках в Бейт-Шемеше. Молились в деревенской синагоге, не зная иврита, пололи огороды, ходили за скотиной... Но есть надежда, что дети их будут жить иначе.\- Первые ильинцы появились в Израиле в семьдесят пятом году, - сказал Ярон Левит, владелец компании по продаже и маркетингу строительных проек-тов. - Я тогда от Сохнута занимался приемом репатриантов, работал в аэропорту. И вдруг - незабываемое зрелище: в зале появилась большая группа славян деревенского вида, потешно называвших друг друга библейскими именами - Абрам, Сара, Хаим... Мужчины - в телогрейках и сапогах, женщины - в плюшевых жакетах. С тюками, сундуками, фибровыми чемоданами с железными уголками... Эти совершенно русские по виду бабы и мужики считали себя евреями. Они рассказывали мне, какие у них были трудности с женитьбой в селе: чтобы подыскать невесту или жениха, ездили в какое-то астраханское село к таким же, как они, евреям. Все это было удивительно и трогательно. Я повидал всякое - эфиопские семьи привозили рабынь, кавказские горцы умудрялись резать барашков в лифтах... Жители воронежского села Ильинка были не меньшей диковинкой. Они рассказывали о своей простой жизни в России - ходили в синагогу, пили водку, сеяли, жали, разводили скот, мечтали об Израиле. Что еще запомнилось - когда через полтора года первые ильинцы приезжали встречать прибывающих родственников, юноши уже были в черных шляпах и лапсердаках. Я слышал, что большинство ильинцев обосновалось в Бейт-Шемеше.
...Навстречу шла женщина. В пестреньком штапельном платье мешком, ситцевой косынке, завязанной по-деревенски. Лузгала семечки.
- Вы из Ильинки?
- Нет, - поспешно сказала она, - из Москвы.
А глаза выдали - блеснули. Как же, из Москвы!
- А ильинские здесь есть?
- Не знаю таких. А на чту они вам? Ее выдавал говор - такие интонации можно услышать только где-нибудь в средней полосе России, в деревнях.
Мы поднялись по ступенькам восьмиэ-тажного дома в квартиру, которую нам указали в Бейт-шемешском культурном центре. Уж там-то точно живут ильинские - по фамилии Матвеевы. Дверь открыл рыжий веснушчатый дядька в кипе. Как открыл, так и закрыл - прямо перед носом, - увидев внушительный фотоаппарат на шее моего спутника. Здорово, видать, достали ильинцев корреспонденты!
К ильинцам мы все же попали. Тоже Матвеевым. И немудрено: на всю Ильинку - три фамилии: Матвеевы, Кожокины да Пискаревы.
Глава семейства, Александр Михайлович, прежде чем вступить в разговор, осторожно заметил:
- Вам-то деньги зарабатывать, уедете в свою Москву, а мне-то жить здесь.
Уверив, что мы не московские корреспонденты, и предъявив теудат-зеут, мы наконец-то удостоились беседы, которую я постараюсь воссоздать с колоритными интонациями моего собеседника - жителя воронежского села.
- Матвеевы мы. Жили в колхозе. До сорок восьмого года колхоз назывался "Еврейский крестьянин", потом - "Маленков", ишо как-то. Работал со скотом на ферме, здеся - пенсионер.
- Большая у вас семья?
- Это как считать. Скольки вообще или скольки иждивенцев на моей шее? Вот посчитайте: я, жана, восьмеро детей. Шесть свадьбов детям уже сыграли. А внуков - у одной дочери двое да у другой... Мойша, ну-ко посчитай (совместными с внуком усилиями насчитали тринадцать).
- А сколько народу в этой квартире живет?
- Десять.
- Как же вы все помещаетесь здесь?
- А чего нам? Все свои, не чужие. Мы и в Ильинке вдястером в двух комнатах жили в своем дому.
- А дом родительский?
- Не, все своим трудом наживал. Нас Бог на то создал - трудиться.
- Вы соблюдаете Субботу и праздники?
- А как же! Только мы, ильинские, и соблюдаем, - вскинулся Александр Михайлович. - Ехали в Израиль, думали, здесь все соблюдают. Куды! Городские и свет жгут в Субботу, и работу всякую делают. Ничо никто не соблюдает.
- Вам тут нравится, в Израиле?
- А чо? Все хорошо, все беседер тута. Никаких забот. Было хозяйство, все распродал - дом, корову, козленков, в дому все.
- Не жалко хозяйства?
- А чаво жалеть? Оно мне в России во как надоело! Всю здоровью положили. А
продал все задаром - сюда пятака не привез.
- Почему задаром? Что, дом плохой был?
- Какой-такой плохой? - взвился мой собеседник. - Дома-то рубленые были, как вы думаете! Продал за девять тысяч, поехали на доллары менять, а там за сто рублей доллар дают. А сто долларов везть сюды - к чаму? Привез родительские фотографии, чаво еще везть?
- Много было в вашей деревне евреев?
- Почти что все. И синагога была. Молились там. Раввина не было, старики наши читали Тору. В Субботу у нас никто не стряпался, огород не пололи, ничо не делали. Цукот тоже отмечали. И Рош а-Шана.
- А что же, коровы в Субботу недоенные стояли?
- А мы русских просили, они приходили доить. Раз председатель новый объявился, че такое, говорит, почаму это в Субботу наши коров не доят, и погнал всех на работу. Ну, наши пошли, а опосля, когда начальство приехало, пожаловались яму, так оно председателю велело больше не заставлять наших доить по Субботам.
- Обрезание мальчикам вы тоже делали?
- А как жа? Ни один без этого сюды не приехал. Возили в Азербайджан сынов, тама делали.
- А русские были в Ильинке?
- Немного. А щас из Ташкента понаехали, наши дома поскупали.
- Какие отношения у вас были с русскими семьями в Ильинке?
- А че? Ладом жили. Тольки кладбища были разные. Мы как в Израиль ехали - они вон как голосили...
...Из кухни вышла жена Александра Михайловича - Сарра:
- Собираюсь вот весной на родительскую могилку съездить. Ташкентские хотели своих на нашем, еврейском, кладбище хоронить, так не дали ильинские.
- Много еврейских семей осталось в Ильинке?
- Да семей тридцать будет. Больше ста уже здеся, - сказал Александр Михайлович.
- Трудно вам здесь без иврита?
- А мы уже их по-своему выучили. На базаре увидят нас, кричат по-русски: "Картошка! Картошка! Два рубля!"
- А как же вы Тору читали, не зная иврита? Как молились?
- А я не молюсь, я так в синагогу хожу. Старики наши, те читали Тору. И Кадиш читали по упокойникам.
- Как у вас здесь с местными отношения складываются?
- Надо было вам три дня назад приезжать сюда, посмотрели бы, - отозвалась из кухни дочь Матвеевых Анна.
- Ты чаво, Анькя?- строго спросил Матвеев-старший.
- А таво, миштара-то приезжала!
- Ну, дети чего-то не поделили, - начала рассказывать Сарра, - а мараканец вышел и кинулся нашего душить...
- Ребенка?
- Да не, взрослого. Вызвали миштару, те мараканцу - ничего, а нашего - забирать. Говорят на иврите, мы не понимаем - куда, зачем? Ильинские не дали сажать в машину. Потом второй раз приехали - с переводчиком, все ж таки забрали на сорок восемь часов. Потом отпустили.
- Нравится вам здесь? Не жалеете, что приехали?
- Об чем жалеть? - отозвалась Сарра. Открыла холодильник, вытащила два огромных пакета замороженного мяса: -Вот мясцо, открыл холодильник - и на тебе, а тама пока вырастишь... Без рук, без ног осталися.
- У них тама третья мировая война началася, - вставил Александр Михайлович, - сегодня по приемнику передали.
- Где? - не поняли мы.
- Где-где! В Армении там или в Азербайджане... Вы че, не слыхали?
- А... про это? Слыхали. ...Посидели, помолчали.
- Много в Израиле вашей родни?
- Хватат. Три брата, две сястры. Дочь приходит с внуками, посидим, в карты поиграем... - Александр Михайлович засмеялся дробно, горохом.
- А в Ильинке что делали в свободное время?
- А у нас его там не было. За одной скотиной ходили с утра до ночи. Известное дело - в колхозе, - сказала Сарра.
- А чего вам здесь для полного счастья не хватает?
- Че не хватает - все равно не дадите, -Александр Михайлович опять закатился дробненько. - Квартиры сваей не хватает, у дочери живем покуда. Оне с зятем работают, даже по-плохому (у нас, ильинских, профессоров нет, все на простой работе) выходит три тыщи на семью. Вот купили квартиру. Можно жить.
- Собака, кошка у вас есть?
- Ну, ишо собаку я в дом приглашу! Она у меня во дворе жила. А здеся - куды?
- А почему вы раньше в Израиль не приехали?
- Мы б уехали, так не пускали!
-Кто?
- Власти.
...Матвеевы и не подозревают, что один из тех, кто открыл им и другим ильинским семьям дорогу в Израиль, живет в двух десятках километров от них. Как не знают они и о том, что один из пятидесяти одного тома уголовного дела, сфабрикованного КГБ против Анатолия Щаранского, посвящался Ильинке.
...С Анатолием Щаранским мы встретились в редакции "Джерузалем рипорт" в пятничное утро.
- С ильинцами я столкнулся впервые накануне своего ареста - в семьдесят четвертом году. Их представитель пришел к московской синагоге в поисках активистов сионистского комитета. Это был старик Варнавский, по виду совершенно русский, но упорно называвший себя евреем. Когда он запел псалмы на хорошем иврите, мы были немного обескуражены. Еврейское село в российской глубинке? Оказалось -серьезная проблема. Позднее я нашел в книгах сведения об ильинцах - их история уходила корнями в семнадцатый век.
- Какое они произвели на вас впечатление?
- Мне показалось, что они ближе к иудаизму, чем многие евреи. Сохранить традиции в течение нескольких веков, когда самим-то евреям это не удавалось... У них было мессианское отношение к Израилю, чувство духовной родины, чего нет у иных из нас.
- Как развивались события после вашей первой встречи?
- Узнав от ильинцев, что власти препятствуют их выезду в Израиль, мы постарались сделать все для того, чтобы Запад узнал о них. Устроили пресс-конференцию для иностранных журналистов, на которой рассказали о проблемах ильинских евреев. Власти скрывали от ильинцев вызовы из Израиля, а мы помогали вызовам доходить до адресатов. Мой друг Роберт Тот опубликовал в "Лос-Анджелес тайме" первую статью об Ильинке, которая называлась "Евреи выжили в глухом селе". После того, как удалось приподнять завесу неизвестности, людям этого маленького героического села легче стало противостоять властям. Если до нашего вмешательства только одиночкам из Ильинки удалось через другие республики, тайно, выехать в Израиль, то после - выезд был открыт всем. Участники Хельсинкской группы, Андрей Сахаров и другие, боролись за их право на выезд.
- Вы бывали в самой Ильинке?
- Нам не удалось туда прорваться. Летом семьдесят шестого года мы с Володей Слепаком собрались в Ильинку, захватили подарки, сувениры из Израиля, продукты. Саня Липавский (как позднее выяснилось - агент КГБ) предложил помощь - у него была машина. В нескольких километрах от Ильинки нас остановили милиционеры. С ними - председатель сельсовета и председатель колхоза. И состоялся такой диалог: "Ваши документы! Вы задержаны. К кому едете? Кого из колхозников знаете?" -"На каком основании нас задержали?" -"В соседнем районе произошло убийство. Ваша машина по описанию похожа на разыскиваемую. Мы должны проверить. А кроме того, в селе карантин - эпидемия среди скота".
Нас повезли в райцентр. Там переночевали. А наутро, когда машину Липавского начали обыскивать, мы, воспользовавшись моментом, поймали попутку до Ильинки - за три рубля. Сначала ехали стоя, держась за борт грузовика, а перед самым селом из предосторожности легли на доски, выстилающие кузов. Не помогло! Нас снова остановили. Милиционеры угрожающе спросили водителя: "На американцев работаешь?" И он, напуганный, успел кинуть нам в кабину милицейского газика трешку:"Заберите свои проклятые деньги!" И вот мы во второй раз оказались в райцентре. На сей раз нам назвали еще одну причину, по которой нельзя проехать в Ильинку: "Там проходят военные маневры! " В сопровождении милиционеров мы вынуждены были покинуть Воронежскую область. Позднее, на следствии, мне показали фильм о том, как мы пробирались в Ильин-ку. Там было все - показания милиционеров, шофера. А завершалась лента кадрами колхозного изобилия - мол, жители села счастливы, а разговоры о их желании выехать в Израиль - провокация сионистов.
- На процессе против вас был хоть один свидетель из Ильинки?
- На все село нашелся один-единственный. Он был заявлен на предварительном следствии, но в зал суда не явился.
- Чем вы это объясняете? Ильинские не пустили "всем миром"?
- Трудно сказать. Во всяком случае, даже специально посланные в Ильинку сотрудники КГБ, обрабатывавшие единственного свидетеля, не смогли привезти его в Москву на суд.
- Как вы считаете, Ильинка представляла какую-либо опасность для КГБ и властей?
- Думаю, что она их раздражала. Как это так: русский мужик - самый естественный классовый партнер в борьбе с сионизмом - вдруг сам оказывается в сионистах! Да еще налаживает связь с заграницей! Власти старались сделать все возможное, чтобы изолировать их от большого мира, советские историки надрывались, оспаривая факт принадлежности ильинцев к еврейству...

Однако есть бесспорные документы, подлинность которых не подвергается сомнению. В 1825 году Синод представил на рассмотрение Александра Первого доклад о борьбе с распространением иудаизма среди христиан Воронежской губернии. В другом указе запрещалось "иметь субботние сонмища и делать обрезания младенцам, за чем неослабно смотреть земской полиции, сельскому начальству и приходским священно- и церковнослужителям". Как видим, ильинцам довелось немало претерпеть за свою приверженность к иудейской вере. Не только при царе, но и при советской власти.

А вот как воспринимает ильинцев их сегодняшнее окружение:
Инна: Я до приезда в Израиль и не подозревала о их существовании.
Стелла: Публика замкнутая, держатся своим кланом, все вместе. Они и квартиры покупают в одном доме целыми этажами. Работают отчаянно. Пьют - тоже отчаянно. Образованных среди них очень мало. Молодежь стараются отдать в йешивы. Они у себя в России были изгоями, но и у местных, похоже, не вызывают особых симпатий. Из окна своей квартиры часто вижу, как илъинцы с марокканцами стенка на стенку машутся.
Яаков: Ильинские? Да их за версту видать! Сидят у подъездов, лузгают семечки, матерятся семиэтажно. Сбивают цену на рынке, потому что соглашаются на любые условия, на самую черную работу за самые малые деньги.
- ...Из публикации, подготовленной кор-респонденткой радиостанции "Коль Исра-эль" Мария Надра: "Только специализированная работа с этой группой репатриантов может облегчить их абсорбцию и остановить опасное соскальзывание на дно общества".

Шели Шрайман, опубликовано в приложении "Окна", "Вести"
LinkReply

Comments:
[User Picture]From: _dubi_
2005-02-08 06:39 pm (UTC)
Класс! Спасибо!
(Reply) (Thread)
[User Picture]From: shraiman
2005-02-08 08:19 pm (UTC)
И вам спасибо на добром слове. Правда, это довольно старая статья - написана еще при Эдике Кузнецове.
(Reply) (Parent) (Thread)
[User Picture]From: ostseer
2005-02-08 08:48 pm (UTC)
Я жил в Бейт-Шемеше с ними в одном дворе, Александра с Сарой помню хорошо.
(Reply) (Thread)
[User Picture]From: shraiman
2005-02-08 08:53 pm (UTC)
А что с ними сейчас? Я видела их лет 12 назад, если не ошибаюсь - первый и последний раз.
(Reply) (Thread)
From: (Anonymous)
2007-08-01 06:02 pm (UTC)
Да какие же это евреи обычные гойские бухари
(Reply) (Thread)
[User Picture]From: arktal
2011-07-19 06:56 pm (UTC)
Вот здесь - http://arktal.livejournal.com/68088.html есть статья Евгении Альбац про воронежских соседей ильинцев, село Высокий. Очень интересно. И очень хотелось бы знать, как сложилась дальнейшая судьба ильинцев в Израиле? По-моему интересная тема для журналистского поиска.
(Reply) (Thread)
[User Picture]From: shraiman
2011-07-20 04:39 am (UTC)
Насколько я знаю, живут, работают, в общем, особых перемен нет. Они же очень давно приехали.
(Reply) (Parent) (Thread)
[User Picture]From: arktal
2011-07-20 05:41 pm (UTC)
Спасибо.
(Reply) (Parent) (Thread)